Вышел перевод на русский язык “Бесконечной шутки” – одного из лучших романов 20 века

ИНФОЛАЙФ рассказывает о “Бесконечной шутке” Дэвида Фостера Уоллеса – самого ожидаемого перевода знаменитого американского произведения. 

Думаю, что лучшей новогодней книгой для читателей станет “Бесконечная штука” Дэвида Фостера Уоллеса. Давно ждал, когда сделают полный перевод 1100-страничного самого главного (без шуток и по версии Time) произведения конца 20-го века. Иногда вылавливал транслейтнутые фрагменты в блоге Алексея Поляринова. Было доступно для прочтения страниц 200, не больше. Но Алексей завершил начатое, и нашумевший роман увидел свет. Черт побери, прошло 26 лет с момента его выхода, когда он, наконец-то, достиг наших земель.

Хотя никаких претензий высказывать не буду. Проделан колоссальный труд, учитывая сложную структуру текста и языковые кунштюки, а незначительные ошибки – это нормальноt явление в подобной работе. Но скажу так о переводе – сделано качественно, поскольку занимался им фанат и не один год.

Покамест я еще не прочитал все от сих до сих, но скажу, что мне нравится. Во-первых, читается намного легче упомянутого Пинчона. Подвыверты есть, типа, одного предложения на две страницы (условно) или отсылка на комментарий в комментарии (привет, Набоков), но они не раздражают. То есть тебя не перегружают “неправильной” структурой ради выноса мозга, когда просто сидишь, держишься за голову и тихо материшься. Можно глотать логос, но лучше его детально пережевывать. Я думал, что это проблемы перевода, но Пинчон в оригинале – это тот еще веселый карнавал.

Во-вторых, персонажи увлекательные и очень жизненные. Когда читаешь, то постоянно прокручиваешь у себя в голове: “А помню, помню. Бывало”. И несмотря на некоторую абсурдность приключений героев, ты в них веришь и сопереживаешь. Все-таки правду говорят, что “Бесконечная шутка” – это метамодернистский роман. Сам Дэвид Фостер очень не любил постмодернизм, ведь за витиеватостью текста нет ничего, что могло бы объяснить существующие проблемы.

Получается и форма, и содержание представляют из себя лишь яркие фантики. Они не могут быть нигде применены, кроме как для создания игрушки для ситцевой кошки. Уоллес не отказывается от игры с телом текста и языком. В то же время суть, цели и ценности не уничтожаются.
Однако понять это мы не сможем, поскольку эпоха 90-ых США с сериалами и растущим консюмеризмом доходила к нам в виде крошек, которые удачно рассматривались сквозь пелевинскую призму. Понять депрессию Уоллеса, его негодование временем мы не сможем. Две параллельных ситуации: человек умирает от жажды и не понимает утопленника.

На раскаленным под солнцем капоте ржавого автомобиля лежит типичный образ грустного комика, имеющего отличное чувство юмора и не имеющего желания жить. Теннисист, философ и профессор Д.Ф.У повторил судьбу Джона Кеннеди Тула (Сговор остолопов), покончив с собой и оставив наследие, вызывающее смех. Хотя, справедливости ради, свое признание он получил еще при жизни.

Антон Визковский

для ИНФОЛАЙФа

Загрузка...

Поширюйте матеріал

Загрузка...